Добро пожаловать на форум сайта Forum Index Добро пожаловать на форум сайта www.triz-guide.com
Изобретателями не рождаются - ими становятся!
 
 FAQFAQ   SearchSearch   MemberlistMemberlist   UsergroupsUsergroups   RegisterRegister 
 ProfileProfile   Log in to check your private messagesLog in to check your private messages   Log inLog in 

Каковы шансы России?
Goto page Previous  1, 2
 
Post new topic   Reply to topic    Добро пожаловать на форум сайта Forum Index -> Есть ли шансы у России?
View previous topic :: View next topic  
Author Message
Gentleman
Основатель


Joined: 22 Nov 2005
Posts: 626
Location: Красноярск

PostPosted: Tue Nov 14, 2006 9:09 am    Post subject: Reply with quote

Ю.И.Буч:
ВТО в обмен на 4-ю часть ГК.
А там хоть трава не расти... не им же расхлебывать.
http://www.gazeta.ru/2006/11/10/oa_223458.shtml
Back to top
View user's profile Send private message
Gentleman
Основатель


Joined: 22 Nov 2005
Posts: 626
Location: Красноярск

PostPosted: Tue Nov 14, 2006 9:47 am    Post subject: XXI век — век России Reply with quote

XXI век — век России

"ЗАВТРА", 03.03.06
Так считают главный редактор «Завтра» Александр Проханов и экономист Сергей Сибиряков

________________________________________
Александр ПРОХАНОВ. Народы России, русский народ в частности, переживали в прошлом грандиозные пассионарные вспышки, когда совершалось завоевание и освоение грандиозных пространств, создание сверхгосударств, включая Красную Империю. Но были и другие периоды: апатии, уныния, — когда этот пассионарный лазер угасал, когда наш народ переставал светиться изнутри, был растерян, опускал руки, сокращался численно и деградировал. Сейчас как раз такой унылый, темный период. Как вы считаете, Сергей Анатольевич, что произошло с нашим народом? Можно ли вернуть ему смысл жизни, или этот исторический анабиоз будет длиться еще неопределенно долго? Есть ли теория, способная ответить на такие вопросы?

Сергей СИБИРЯКОВ. Должен сразу сказать, что моя точка зрения на поставленные вами, Александр Андреевич, проблемы, в научном смысле гораздо более традиционна, чем у Льва Николаевича Гумилева и его последователей. Соответственно, я буду оперировать традиционными терминами экономики, политики, социологии. Ведь что такое та же "пассионарность"? Откуда она берется у монгольских племен, которые завоевали полмира? Откуда она взялась в немецком народе, который за сто с небольшим лет дважды претендовал на господство в мире — с колоссальными жертвами двух мировых войн? Совершенно непонятно, откуда это берется и куда потом исчезает.
Или — вот еще один интересный момент: по какой логике наши предки завоевывали такие огромные пространства? Зачем, начиная от Ермака и вплоть до ХХ века, мы прибирали к рукам эти северные территории, тянулись на Северный полюс, в Сибирь? Ведь сегодня это совершенно дикое, неосвоенное пространство. Только пятую часть его мы можем как-то использовать, реально освоить — а остальное просто непригодно для жизни.
А.П. Но в то же время эта болезненная, болотная Западная Сибирь является огромным баллоном с нефтью. И как знать, не набит ли какими-то новыми возможностями, энергетическими или транспортными, шельф Ледовитого океана.
С.С. Да, действительно. Так же можно говорить, что арабы, которые всю свою жизнь ездили на верблюдах, не подозревали, что занимаются этим увлекательным делом на нефтяных морях, которые лежат под их землей. Но приходит время активирования ресурса, который тысячелетия лежал без движения, и эти страны становятся неимоверно богатыми.
Да, в наших северных территориях таятся огромные богатства. Но сегодня уже достоверно известно: в шельфах Ледовитого Океана, в Сибири нет новых морей нефти и газа, зато есть многое другое. Вот, например, одна гора Сухой Лог — там лежит пятнадцать-двадцать тысяч тонн золота. Об этом знают, это золото продают… Но никто не учитывает, что там же находится две трети мировых запасов платины и палладия. Подчеркну — мировых запасов. Весь нюанс в том, что эти металлы связаны с углеродом, и отрывать палладий и платину от него мы пока не умеем — нет таких технологий. Но это не значит, что их никогда не будет. Платина и палладий — уникальные катализаторы, которые разрывают бензольные кольца, но мы сегодня нефть используем на 99% для получения энергии, а не для химического синтеза. Поэтому платина и палладий в таких количествах миру не нужны… Но как только мы прекратим сжигать нефть, то для нужд нефтехимии сразу понадобится огромное количество платины и палладия. И необходимые технологии будут разработаны.
А.П. Ваша нынешняя деятельность сродни деятельности проповедника, миссионера — вы читаете лекции, выступаете в разных аудиториях и везде зажигаете сердца своих слушателей, пробуждаете их от уныния, размораживаете их души. Вас даже можно назвать уникальным специалистом по размораживанию таких вот массовых объемов психологии. В чем секрет вашего воздействия на людей?
С.С. Я бы себя к проповедникам и миссионерам все-таки не относил. Я — заведую кафедрой, занимаюсь макроэкономическим прогнозированием. То есть абсолютно системный и научный подход на основе анализа исторических, научных, технических тенденций. И как раз на основе реальных вариантов макроэкономического развития возникают определенные прогнозы, которые вселяют оптимизм. Ничего сверхъестественного, никакой мистики.
В свое время, например, Циолковский предсказывал развитие ракетной техники, орбитальных комплексов и так далее. Что это было — фантастика? проповедь? миссионерство? Конечно, нет. Просто он был ученым, который на основе первого и второго законов Ньютона, закона сохранения импульса — понял то, как может развиваться эта техники. Дал научный, системный прогноз, который сбылся на сто процентов. Когда он об этом говорил в начале ХХ века, это казалось фантастикой и чудачеством, но спустя семьдесят лет все убедились, что Циолковский был абсолютно прав. Можно привести множество других примеров на ту же тему, но вернемся к сегодняшней ситуации.
Уныние, о котором вы говорите, вполне объяснимо. Если люди десятилетиями терпели лишения, ради того, чтобы их дети и внуки жили на другом уровне, в более справедливом, более экономически развитом обществе, а потом оказалось, что поставленные цели недостижимы ни с экономической, ни с политической точек зрения, — общественная апатия неизбежна. Потому что неясно, куда и как дальше идти. Ведь мы минимум полвека были в жесткой конфронтации со всем остальным миром, который развивался по другим законам, и сегодня, с точки зрения элементарной экономики, оказывается, что тот мир более жизнеспособен, поскольку изначально был рассчитан на жесткие условия выживания. А мы строили экономику тепличную, на основе простых законов, которые, как оказалось, не работают, если нет жесткой конкуренции, жесткого целеполагания, жесткой ответственности. Автомобили, которые купят в любом случае, потому что их мало, — и автомобили, которые покупают потому, что они лучше других, — это принципиально разные автомобили.
А.П. А космический челнок, а ракетно-оборонный комплекс, а другие советские проекты? Экономику-то мы строили с оглядкой на войну. Это была экономика для термоядерной войны.
С.С. Я считаю, что это вообще безумие, не только наше, — тратить такие деньги и силы на перспективу войны. Там она была нужна для обогащения определенных кругов, а здесь — я так понимаю, нас втягивали в эту гонку под угрозой уничтожения, и мы были вынуждены втянуться. После развала СССР ничего в данном отношении не изменилось. Сегодня у России военный бюджет — около 20 миллиардов долларов, а у Соединенных Штатов — 400 миллиардов, в двадцать раз больше. В целом же человечество тратит на войну более триллиона долларов в год. Чем это закончится — тоже вопрос открытый. Надеюсь, опыт двух мировых войн и "холодной" войны всё-таки сыграет роль какого-то тормоза. Другое дело, что сейчас начинают проявляться другие противоречия, с которыми столкнулись и Штаты, и мы, и Европа, и Япония — так называемый международный терроризм.
Это очень глубокий феномен, связанный с нынешней "глобальной экономикой", с расслоением человечества на "золотой миллиард", который потребляет 90% всех ресурсов на Земле, и 5 миллиардов "третьего мира", которые живут на оставшиеся 10%. По моему глубокому убеждению, весь израильско-палестинский конфликт построен на том, что там два народа живут на одной земле, но совершенно по-разному: одни имеют в среднем около двух с половиной тысяч долларов в месяц, а другие — десять долларов. И когда они друг друга видят, когда понимают, что разницы между ними нет никакой, а уровень жизни отличается на два-три порядка, то тут это противостояние между "золотым миллиардом" и остальным "недочеловечеством" принимает самые острые формы. Терроризм, с одной стороны, есть выражение глубокого недовольства "золотым миллиардом", а с другой — попытка того же самого "золотого миллиарда" манипулировать этим недовольством в своих целях. Это две важнейшие стороны данного феномена, есть еще и множество других, менее значимых. Проблема здесь в том, что чем дальше будет идти глобализация, тем острее будут становиться конфликты. Поэтому эпоха доминирования Соединенных Штатов с их экономикой и идеологией, я уверен, идет на закат. ХХI-й век, в отличие от ХХ-го, не будет веком США. Скорее — веком России.
А.П. Эта ваша идея, которую вы разрабатываете и продвигаете, — на чем она основана? Что поможет нам преодолеть нынешнее историческое уныние? Ведь когда на гибнущем "Курске" лейтенант писал своё "Не надо отчаиваться!", — это было его завещание не только своим родным и близким, а всей России. Теперь мы должны идти дальше. Но куда и как? Вот главные вопросы сегодня.
С.С. Александр Андреевич, ведь эта апатия фактически насаждается нам извне, потому что конкурентов у России никто не отнимал, и говорить, что теперь у нас кругом только друзья — хуже, чем преступление. Это ошибка. Мы вошли в жесткий мир конкуренции, где никто нас не ждет с распростертыми объятиями. Мы вошли в мир, где каждый сам за себя, и мы должны отстаивать свои интересы, свое будущее. Но чтобы делать это, надо их четко понимать и адекватно формулировать — для себя и для других.
Советский проект в России закончен, это надо признать как факт. Военную технику пока выведем за скобки, потому что это не индустрия. Когда я в 1999 году был в Шотландии и увидел там производство виски, когда тридцать тысяч человек, используя уникальное сочетание воды, зерна, соли, дуба и технологий, экспортируют этого напитка на пять с половиной миллиардов долларов в год — больше, чем вся наша "оборонка", где работает миллион человек, это был экономический приговор.
Что еще? Авиационная промышленность сведена на нет, автомобильная — на нет, электроника, текстиль — все мировые центры развития этих отраслей находятся в других местах, не в России.
Да, стратегия социалистической автаркии могла быть действенной, если бы шла экспансия, как при Сталине, а не "мирное сосуществование двух систем", как после Хрущева, если бы в эту систему вовлекли больше половины мировой экономики и населения Земли. Шанс такой был, но его упустили в середине 50-х годов, а дальше нам никто уже не позволил просидеть, как собака на сене, на 40% мировых ресурсов с 6% населения, автаркию сломали вместе с промышленностью, технологии присвоили, получили доступ к сырью, прежде всего энергоносителям…
Когда нынешняя власть заявляет, что наша национальная идея — стать энергетическим комплексом для Европы, Америки и Китая, то это приговор не только нашей экономике, но и всей России. Потому что для этого хватит десяти миллионов человек, которые будут обслуживать весь энергетический комплекс. А все остальные из 140 миллионов — просто "лишние люди", которых будут всеми способами "сокращать": переселять, уничтожать и так далее. И все эти разговоры, что Россия к 2050 году сократится до 100, или там до 50 миллионов, что у нас эпидемия СПИДа, что повальный алкоголизм и наркомания — ведутся неспроста. Чтобы жители России не сопротивлялись экономически обоснованному уничтожению. И поэтому, если вернуться к исторической апатии, то все люди видят, что перспективы экономической у них сегодня нет, что на тех принципах, на которых страна работает сегодня — дальше они будут не нужны, дети их не нужны, и основная мысль — ехать отсюда, учить детей там, работать на Западе. А этого не все хотят. Не все хотят отсюда уезжать, не все хотят работать на Западе, не все хотят интегрироваться в западную экономику и западную культуру. Отсюда всё уныние и весь пессимизм, особенно у молодых людей. Они ведь видят, что Роман Абрамович может быть один на всю страну, что нефтяных компаний не так много, алюминиевых — и того меньше, что всё уже поделено до них, что перспектив нет. Никакие общие разговоры о демократии, рынке, открытом обществе в этой ситуации не помогают — 99% людей не понимают, что это такое и как с помощью этого можно жить хорошо. Видят совсем другое — то, что есть, а не то, что может и должно быть. Только если им очень просто и наглядно показать, что в ближайшем будущем, в обозримой перспективе у нас есть очень хорошие шансы изменить ситуацию, изменить экономику, и так далее и так далее, — они начинают что-то соображать, возникает определенный оптимизм. А если под это подвести нормальную научную базу, показать, как и куда можно всем нам идти, это становится руководством к действию.
Не факт, что всё получится — как раз из-за того, что мы можем и не сделать этого. Но тогда наши шансы, связанные с теми ресурсами России, которые будут востребованы и будут основными ресурсами ХХI века, особенно первой его половины: прежде всего это территория, питьевая вода и тот природный холод, которые только у нас и существуют, — использует кто-то другой, на том же месте и в то же время.
Но если мы все-таки вошли в систему глобальной экономики, а это так, то в ней каждая страна специализируется на предоставлении определенных услуг, так что понятие "национальной экономики" условно. Мы видим Соединенные Штаты, которые всему миру предоставляют финансовые и информационные услуги, "мастерскую мира" Китай, страны Юго-Восточной Азии, которые шьют сегодня на весь мир, Шотландию, которая производит виски, — то есть вот яркий пример, когда есть определенная уникальная вещь, востребованная во всем мире.
Россия входит в эту систему с такими уникальными ресурсами, которые не может предоставить вообще ни одна страна. Возьмем хотя бы нашу территория, которая раньше составляла 1/6, а сейчас 1/7 суши, и соприкасается со всеми частями света: с Америкой, Европой и Азией. Это не просто кладовая мира — это, прежде всего мост между основными центрами мирового развития. Главная проблема глобальной экономики сегодня — это резкий разрыв между информационными и транспортными технологиями. Упрощая, можно сказать, что благодаря современным технологиям я могу купить и оплатить любой товар в любой точке мира в течение нескольких минут, а вот на то, чтобы физически получить этот товар, доставить его, скажем, из Юго-Восточной Азии в Европу — на это уходят месяцы, в лучшем случае — недели. С помощью самолетов можно быстрее, но очень дорого, такая доставка утраивает цену товара, а затраты на транспортировку должны быть в среднем меньше 10%. То есть формула получается такая: информация — за секунды, деньги — за минуты, а товары — за недели и месяцы. Возникает гигантский разрыв между оборотом информации и оборотом товаров. Его надо устранять. В истории так и было. Например, когда проложили трансатлантический кабель между Европой и Америкой, буквально через пять лет прорыли Суэцкий канал, который позволил сократить морской путь по маршруту Азия-Европа-Америка до полутора-двух месяцев. А чуть позже — Панамский канал, замкнувший кругосветное морское сообщение. Сегодня по какому пути пошла экономика? Строятся огромные суперлайнеры на тысячи человек, строятся огромные супертанкеры, которые возят уже пятьсот тысяч тонн, проектируются огромные контейнеровозы, уже на тридцать-пятьдесят тысяч контейнеров, — это судно два километра в длину, почти шестьсот метров в ширину, для которого нужны новые портовые сооружения, новая логистика, которые, в конечном счете, позволяют удешевить, но не ускорить доставку товаров. То есть, это, несмотря на определенные плюсы — тупиковый путь.
Если мы не выйдем из этого транспортного тупика, дальнейшее развитие информационных технологий, за исключением собственно военного аспекта, утратит всякий смысл. Поэтому я утверждаю, что мы стоим накануне гигантского рывка в транспортных технологиях. Если мы говорим, что рынок информационных технологий через определенное время будет около пяти триллионов долларов в год, то рынок транспортных технологий — на порядок больше, около пятидесяти триллионов в год. Сегодня стандарт доставки по маршруту Лондон-Нью-Йорк — это 28-30 суток и полторы тысячи долларов за двадцатифутовый контейнер. Поэтому любая технология, которая может сокращать эти цифры, будет сегодня востребована рынком. Россия сегодня может предложить такую технологию, при которой доставка Нью-Йорк-Лондон будет занимать 30 часов и стоить тысячу долларов, то есть на треть снизятся затраты, а скорость будет увеличена в 30 раз. При гарантиях безопасности и экологической чистоты.
Такая технология в России уже создана, и она могла быть создана только в России. Потому что в Европе — расстояния другие, в Америке — проблемы другие, там это никому не нужно… А потом, не надо забывать, что они сегодня зажаты в очень жесткие рамки традиции, которые у нас за последние 15 лет оказались сломаны… Все разговоры об отсталости России — ложь. Мы прошли постиндустриальный кризис первыми и сегодня готовы развиваться дальше. А так называемый "цивилизованный мир" — не готов, им придется переболеть структурными изменениями в экономике, которые на Европе и Америке скажутся гораздо болезненнее, чем сказались на России. К тому же, у нас совершенно иной менталитет.
Во всем, что связано с транспортом и движением, Россия всегда принимала самое активное участие, начиная с паровоза Черепановых. Я уже говорил про Циолковского. Далее, Жуковский первым теоретически доказал, что аппарат тяжелее воздуха, который обладает несимметричным крылом может, двигаясь в воздухе, создавать разность давления. Другими словами — что аппарат тяжелее воздуха может летать. И всё самолетостроение, в общем-то, идет из теории Жуковского. Затем Можайский. Дальше — Сикорский, тоже известный российский изобретатель, который использовал определенные законы синхронизации движущихся плоскостей. То есть, когда все крутили винты по вертикали — он стал крутить их в горизонте. Создав летательный аппарат с синхронизированными винтами, он дал очень простое техническое решение, которое привело к созданию целой отрасли — вертолетостроения. Это очень наглядный ряд: Циолковский, Жуковский, Можайский, Сикорский — мы все это знаем, это российские изобретатели. И вот теперь — опять же российский изобретатель, Юницкий, предлагает новую концепцию, "струнного транспорта", объединяющую концепции автомобильного, железнодорожного и авиационного транспорта. Понятно, что скоростное и дешевое движение может быть только на очень ровной поверхности. Самолет обеспечивает большую скорость, но он дорог, поскольку ему надо затрачивать огромное количество энергии, преодолевая сопротивление воздуха. При этом экологии наносится такой непоправимый ущерб, если это оценить, от самолетов в перспективе стоит отказаться.
Так вот, Юницкий решил все технические проблемы: объединил преимущества автомобильного, железнодорожного и авиационного транспорта, но убрал их недостатки. В результате мы получаем возможность с помощью двигателя в 150 киловатт (мощность "Волги") разгонять и двигать двадцатитонный модуль со скоростью до 600 километров в час и потреблением всего четырех-пяти литров топлива на 100 километров. Технические подробности опустим за недостатком места, но главный принцип таков: построив опоры и протянув над ними рельсы, мы получаем на высоте 15-30 метров практически ровную поверхность, по которой можно двигаться с большими скоростями.
Эту транспортную систему мы можем сделать сами и буквально сегодня. У нас для этого есть люди, ресурсы, оборудование. Технология настолько проста, что она окупится очень быстро. США полтора столетия назад — с 1870 по 1880 год — построили 117,5 тысяч километров дорог, то есть в год по 11-12 тысяч километров дорог. Киркой и лопатой. Сегодня мы за ближайшие десять лет должны построить два миллиона километров дорог, и это даст такое количество рабочих мест, что у нас головная боль будет не о безработице, а где взять дополнительные трудовые ресурсы, чтобы обеспечить такое строительство. Потребность в подобных трассах у мировой экономики есть, и она будет нарастать, платить за это будут — то есть будет много высокооплачиваемой работы, но при этом не требующей высокой квалификации.
А.П. А как будет сочетаться энергетическая составляющая, которую сегодня активно осваивает путинский Кремль, с этой транспортной составляющей? Не будут ли они противоречить друг другу? Не задавит ли, условно говоря, глобальный "Роснефтегазпром" во взаимодействии с западными монополиями эти новые возможности?
С.С. Не исключено. Но поставленный вами, Александр Андреевич, вопрос — это вопрос перехода потенциальной энергии в кинетическую. То есть, если кирпич лежит на пятом этаже, все понимают, что он обладает какой-то энергией, но никто ее не ощущает. А вот когда он падает кому-то на голову — тут уже никуда не денешься. Это вопрос силовых, политических структур. Сейчас они, например, осознали свой энергетический потенциал. И теперь в Европе — хотят или не хотят — но вынуждены с этим считаться. Почему сегодня Газпром имеет огромное влияние и на государство, и на политику? Потому что ресурсы, которые есть у него, востребованы и соизмеримы с любыми иными существующими в нашей стране. А транспортный рынок России может стать на два порядка больше, чем газовый, и отодвинет Газпром на вторые-третьи роли. При этом сам Газпром не съежится, не превратится в ничто — просто рядом возникнет куда большая величина.
А.П. С транспортом более-менее понятно. А что с холодом и водой? Как русский холод, эти сибирские морозы, этот верхоянский температурный минимум, — могут служить величию России?
С.С. Казалось бы, холод — это наша беда. Андрей Паршев в своей небезызвестной книге "Почему Россия не Америка?" доказывает, что у нас в единице ВВП заложена большая энергетическая составляющая на обогрев, и поэтому мы никогда не сможем конкурировать на открытом рынке и т.д. Но при этом он как-то "забывает", что в Соединенных Штатах на производство холода, — то есть на кондиционирование, — тратят в 2,5-3 раза больше ресурсов, чем мы на обогрев.
А в Саудовской Аравии или Арабских Эмиратах вообще 25% ВВП тратится на производство пресной воды и получение холода. То есть они сжигают нефть, получают электричество — и всё это идет в кондиционеры, потому что иначе там жить невозможно, климат непригоден для жизни. Поэтому говорить о том, что у нас в единице ВВП энергетическая составляющая больше — неверно.
Земля устроена таким образом, что где-то есть ближе повернутые к солнцу -жаркие территории, где-то — холодные. То есть распределение тепла на планете неравномерно, его нужно перераспределять. Но проблема в том, что технологии перераспределния тепла есть, а перераспределения холода отсутствуют. Единственный на сегодня способ получения холода, о котором я уже упоминал, — это сжигание углеводородного сырья, получение электроэнергии, которая идет на вскипание и испарение инертных газов с охлаждением поверхности, то есть сегодняшний кондиционер или холодильник У этой технологии получения холода много побочных эффектов: сжигается углеводородное сырье, повышается температура окружающей среды, выделяются вредные газы.
В той же связи нельзя не затронуть и вторую проблему, которая будет обостряться в XXI веке, особенно в ближайшие двадцать лет, — это проблема чистой питьевой воды. Сегодня человечество потребляет два миллиарда тонн нефтепродуктов — и десять миллиардов тонн питьевой воды. При этом каждый грамм нефтепродуктов, выброшенный в природу, "убивает" тонну чистой питьевой воды. То есть, чтобы потом эту воду опять сделать пригодной для питья, нужны серьезные затраты. Поэтому сегодня тонна питьевой воды уже дороже тонны нефти. И, начиная с 2010 года, каждые пять лет эта цена будет удваиваться. То есть реально к 2020 году цена на воду вырастет в четыре раза, и так далее, она будет постоянно увеличиваться, потому что дефицит питьевой воды нарастает. Сегодня две трети населения земного шара пьют некачественную воду, а одна треть — испытывает количественную нехватку воды, то есть страдает от жажды. А Россия обладает двумя третями мировых запасов питьевой воды, которая на наших глазах превращается в очень востребованный и очень дорогой продукт. Тонна пищевого льда в Европе и в Америке сегодня стоит семь тысяч долларов. А тонна девяносто восьмого бензина — полторы тысячи долларов. То есть тонна пищевого льда уже в пять-шесть раз дороже тонны девяносто восьмого бензина. Другое дело, что сегодня никак доставить эту воду по мировому рынку в массовом порядке нельзя,— очень большие затраты.
А вот если наложить эту проблему на технологию "струнного транспорта", о которой я говорил (а пропускная способность струнных трасс колоссальна), то перевозка по ним миллиардов тонн льда станет гигантским сектором экономики. На Таймыре морозы 9 месяцев в году, на Байкале — 6 месяцев, то есть там холодно, там природная зима. Поэтому если мы трассы Токио-Лондон или Нью-Йорк-Лондон, которые идут через эти же озера, начнем загружать питьевой водой, что у нас получится? Мы будем контейнер, (пластиковый контейнер), заполнять водой, сутки на воздухе — и за счет природного холодильника, не потратив ни капли энергии, получим контейнер льда. Вообще, вода — это единственный в природе конденсатор холода. Это единственное вещество, с помощью которого можно транспортировать холод. Таким образом, если мы здесь, в России, упакуем в контейнер лед, те же 20 тонн, и за 20-30 часов он у нас от Байкала приедет в любую точку мира, то при начальных минус двадцати, скажем, в Саудовскую Аравию он приедет с температурой минус восемнадцать. То есть мы привозим туда лед, который при потреблении тепла выделяет холод, и одновременно мы привозим туда чистую питьевую воду. Понятно, да, что в этих условиях систему кондиционирования можно строить совсем по-другому? Мы сверху здания кладем пять кубов льда, то есть вот такой пластиковый контейнер — и делаем систему развода труб. Теплый воздух поднимается без затрат энергии, охлаждается, холодный воздух опускается без затрат энергии. То есть вся система кондиционирования заключается в системе развода труб. А растаявшую воду — пейте на здоровье. Об уникальности байкальской воды можно говорить бесконечно, а талая вода, как утверждает медицина, биологически более активна, более полезна для человека; и при этом мы получаем систему охлаждения помещений без инертных газов, которые вызывают рак. Вот вам 35 тысяч долларов за 5 тонн льда…
А.П. А эти рынки велики? Кроме Саудовской Аравии — кто сможет покупать русский лёд?
С.С. Я же уже сказал, что сегодня мировая потребность в чистой питьевой воде — десять миллиардов тонн. Сегодня система коммуникации городов, особенно мегаполисов, не в состоянии обеспечить своих жителей чистой питьевой водой. Те, кто это понимает, сегодня уже водопроводную воду не пьют. Пьют только привозную, родниковую. Значит, потенциальный объем рынка достигает 70 триллионов долларов и будет только расти. Чтобы было понятно, этот рынок уже больше, чем весь рынок нефти. Россия может экспортировать, без ущерба для собственной экологии, до двух-двух с половиной миллиардов тонн чистой питьевой воды в виде льда: на 16-18 триллионов долларов в год. То есть мы можем получать больше прибыли, чем все нефтяные страны, вместе взятые. Экономика, построенная в том числе на экспорте льда и холода, будет в два-три раза превышать весь оборот нефтепродуктов сегодня в мире. И это прибыль, получаемая как раз в России.
А.П. Но пока эта перспектива существует только в вашей голове и в головах ваших единомышленников. Ваша идеология во многом — мобилизационная, она должна быть воспринята каким то политическим или политико-экономическим субъектом и адресована нации.
С.С. Смотрите, опять же, если говорить обо мне лично, то этой проблемой я реально озаботился только в 1998-99 годах, когда стал заниматься макроэкономическим прогнозированием. Оказалось, что традиционные подходы здесь абсолютно не годятся, потому что строятся на линейной экстраполяции, в привычной системе координат, без учета качественных изменений. Поэтому их горизонт — от силы пять лет, на десять-пятнадцать лет вперед они заглянуть не в состоянии. То же касается не только ученых, но и — в еще большей мере — политиков. Мой прогноз адресован как раз тому субъекту, или тем субъектам, или той политической силе, которые думают о России с горизонтом, большим, чем пять лет вперед. Пока такой силы нет, все озабочены ближайшими выборами, там, 2008 или 2012 года, перераспределением прибылей от использования сегодняшних ресурсов, и так далее. Но временные горизонты приближаются, отдаленное будущее становится вначале близким будущим, потом настоящим, потом прошлым. Поэтому, если в 1999 году на меня вообще смотрели как на чудака, то теперь это уже воспринимается не в качестве фантастики или утопии, а в качестве макроэкономического прогноза.
Поэтому можно предположить, что со временем власть озаботится этим кругом проблем, и тогда все шестеренки завертятся, как всегда было в России… То есть это два взаимосвязанных процесса. Повторюсь, приближается период, когда НЕ использовать эти ресурсы окажется невозможно. Потребность в них нарастает, поэтому всё равно их будут осваивать. Другое дело — кто и каким образом, Россия это будет или какое-то другое государство, которое будет завоевывать или обладать этими ресурсами. Таких ответов макроэкономический прогноз давать не может. Это компетенция политического прогнозирования. Мы обладаем сегодня не только ресурсами, которые отмечены выше, но, опять же, существует и государство, которое защищает наше право на эти ресурсы. Поскольку у нас остается несколько тысяч ядерных боеголовок, вряд ли к нам придут с мечом, чтобы силой забрать эти ресурсы, — я думаю, в ближайшие пятьдесят лет это невозможно. Купить по бросовой цене еще могут попытаться, но Россия всё-таки остается Россией, ее роль обусловлена не нами, а всей той тысячелетней историей, которая привела нас к нынешнему состоянию дел. Поэтому, думаю, мир очень серьезно поменяется в ближайшие двадцать лет, и наша страна сыграет ключевую роль в этих изменениях.
Back to top
View user's profile Send private message
Сергей
Guest





PostPosted: Fri Sep 21, 2007 3:03 pm    Post subject: Reply with quote

Струнный транспорт Юницкого это PR-проект. В этом признаются даже те кто у него работают. Есть куча неразрешенных противоречий через которые неспециалист сходу продраться не может, а Юницкий этим пользуется. Если выдернуть идею Юницкого из выступления Сибирякова, то что останется? Пустая демагогия.
Back to top
Vladimir S
Профессионал


Joined: 02 Dec 2005
Posts: 467
Location: Russia

PostPosted: Sun Sep 23, 2007 12:20 am    Post subject: Reply with quote

Сергей wrote:
Если выдернуть идею Юницкого из выступления Сибирякова, то что останется? Пустая демагогия.

16-18 триллионов долларов в год останутся лежать мертвым грузом в наших закромах... а мы будем продолжать качать нефть и газ на запад и скоро уже и на восток.

Кстати, помните PR-кампанию по переброске части стока Сибирских рек на юг? Ведь почти уже начали воплощать в реальность. Sad Причем довольно дикими методами хотели это делать - рыть каналы ядерными взрывами! И скважины уже успели пробурить для закладки ядерной взрывчатки.

Я не думаю, что струнные дороги, при всех их пока не решенных проблемах, сложнее и дороже, чем переброска рек. А что рентабельнее и безопаснее, так это точно. В конце-концов можно, если не по струнам, так по тем же нефте- или газопроводам ледышки транспортировать. Smile
Back to top
View user's profile Send private message Visit poster's website
Vladimir S
Профессионал


Joined: 02 Dec 2005
Posts: 467
Location: Russia

PostPosted: Fri Jan 11, 2008 9:30 pm    Post subject: Reply with quote

Из книги Ю. Н. Голубчикова, В. Ф. Нестеренко.
"Будущее России - четыре сценария."

Глобализация

Население США и их ближайших союзников (Западной Европы, Канады и Японии) - приблизительно миллиард человек. Его еще называют «золотым миллиардом». Общества этих стран сумели обеспечить своим согражданам высокий уровень жизни. Оставшаяся за пределами «золотого миллиарда» часть человечества живет плохо. Но хотела бы жить так же хорошо.

При этом «что такое хорошо и что такое плохо» усредненный человек определяет лишь до некоторой степени. После того как удовлетворены его основные биологические потребности в пище, крове и семье, за него это решают производители и банкиры. Они знают, что люди живут по правилам социальной психологии. Правила эти не менее строги, чем правила химических реакций. Человек никогда не удовлетворяется тем, чем обладает. В его биологической природе заложено стремление иметь все больше и больше. И рынок ему это предлагает и объясняет, что еще непременно нужно приобрести. Ну а если человеку ничего уже больше не надо, он что, теряется для рынка? Вовсе нет, такая персона для рынка особенно ценна. Для ее удержания вводятся понятия «модное» и «немодное», «престижное» и «непрестижное». И все то, что у человека уже есть, оказывается, требует замены на более модное и усовершенствованное.

Постепенно мода захватила почти все слои общества, стимулируя создание не существовавших прежде вещей. Необходимо уже не просто мясо, а мясо, приготовленное особым способом. Нужны особые сорта чая, другой табак, другие алкогольные напитки, модернизированные компьютеры и телевизоры. В Японии или США на одну семью приходится по два-три автомобиля, но их периодически приходится менять, чтобы не отстать от моды.

Американская технология стала эталоном моды. Люди разных народов становятся все более похожими на американцев. Все хотят ходить в модных костюмах, путешествовать и жить в «евростандартном» жилье. У всех одинаковые еда, развлечения, привычки, все работают в стандартно оформленных офисах.

Родившиеся в Америке компьютер и глобальные системы коммуникаций сжали мир до невиданных ранее пределов. Потоки информации, капиталов, туристов, иммигрантов, беженцев, образов проникают в самые отдаленные уголки мира. Все смотрят одни и те же телевизионные программы. США не только отбирают для них новости, но и определяют, как их правильно интерпретировать. СМИ внедряют все новые сексуальные свободы и подвергают одним и тем же нападкам семью, брак, религию, народ. Утверждается, что общечеловеческие ценности и права должны быть выше национальных. Во всем мире глобализация и прогресс воспринимаются как американизация.

Чтобы своевременно следовать прогрессу, нужны деньги. Но запас денежных знаков у нормального человека, так или иначе, ограничен. Всего того, что, как внушается ему, он должен иметь, на его деньги не купишь. Значит, нужно все больше и больше работать, с тем, чтобы стать богаче.

На деле наличие денег не связано ни с трудолюбием, ни с возрастом, ни с умом, ни с благородством, ни с чем-либо вообще. Редко когда они накапливаются методичным трудом. Почитайте «Жизнь замечательных людей». Половина из них закончила свой путь в нищете. Но тем и замечательны они, что оставляли после себя то, что не тлеет и не расхищается.

Вообще деньги - как рост. Вот дан он такой человеку, и все тут. Рост обычно достается по наследству. Так и с деньгами. Проблему их добывания решали предшествующие поколения. Но недвижимость и ценности из поколения в поколение переходят плохо. У каждого читателя этой книги были, разумеется, прапрадед и прапрабабка. Но многое ли им досталось от них? А ведь они всю свою жизнь работали, копили. Но все нажитое трудом нескольких поколений систематически отбирает очередной зловещий год. Не исключена и утрата современных грандиозных богатств колоссальным числом собственников.

Ушло то время, когда банкноты (обязательства банков) или ассигнации (обязательства казначейства) были олицетворением определенного количества золота или серебра. Усилиями США к началу 70-х гг. был создан новый международный порядок в финансовой сфере. К тому времени денежная масса Соединенных Штатов значительно превзошла свое золотое обеспечение, и было принято решение выпускать долларовые банкноты без всякого золотого или иного материального обеспечения. Это как бы виртуальные обязательства США, за которые вам что-то должны. Но что именно, непонятно.
Доллар стал определять ценность всех остальных денег и валют. В долларах содержится половина мировых валютных резервов. Правительство США выпускает до $500 млрд. в год, если пожелает - может выпустить и больше. Никакой инфляции при этом не будет, поскольку напечатанные доллары тут же развезут по всему миру. Доллары — главная статья американского экспорта. Вместе с ними экспортируются другие ценные бумаги: акции, облигации, векселя, форварды, фьючеры, опционы, закладные. С помощью долларовой эмиссии ресурсы государств перераспределяются в пользу страны, которая этой эмиссией управляет.

Известный финансист Джордж Сорос приходит к выводу, что триллионы обращающихся по свету долларов, евро, иен лишь на какие-то 15-20% обеспечены золотом, реальными товарами, трудом и услугами. Стало куда выгоднее не производить и строить, а играть на биржевых курсах, накапливая доллары. Но произойди какая-нибудь планетарная катастрофа - допустим, удар астероида о Землю, и выяснится, что стоимость каждой долларовой банкноты не превышает тех четырех центов, в которые эмиссионному банку обходится ее печать в типографии. Рано или поздно такая финансовая система рухнет. Вместе с ней обратятся в ничто и финансовые ресурсы многих стран, доказывает Сорос в книге «Мыльный пузырь американского превосходства».

Опытные предприниматели это видят. Поэтому в Москве за последние шесть лет стоимость доллара не изменилась, а цены на недвижимость выросли в шесть раз за тот же квадратный метр жилья. Год от года все дорожает. Все проекты, работы, товары. Потому что скорость денежной эмиссии намного превышает скорость роста реального богатства мира. Если в таких условиях не научиться с помощью денег делать деньги, можно вовсе остаться без них.

Если еще припомнить, что подавляющее большинство богатств завтра как «немодное» будет выброшено на помойку, то разрушающая суть современного общества станет еще яснее. Бережливость людей — барьер на пути экономического роста. В интересах промышленников, чтобы вещами пользовались недолго и постоянно заменяли их. Средняя американская семья живет на одном месте не более пяти лет, средний американец меняет работу каждые четыре года. Его обустройство на новом месте неслыханно обогащает производителей и банкиров. Этот стиль жизни неизбежно идет к нам
Но этого всего мало. Новые приливы и отливы мод ищутся уже в глубинах человеческих инстинктов. Надо, чтобы жены как можно быстрее отбрасывали и меняли своих мужей, а мужья - жен. Любой развод - то же обустройство на новом месте. Чтобы женщины легко разводились, они должны быть самодостаточными и эмансипированными, чувствовать себя великолепными и агрессивными. А вот представители мужского пола все больше подаются по телевидению и в кино как пассивные существа и обреченные неудачники.

Некоторые говорят, что за американскими ценностями - «свободой», «правами человека», «равенством», «демократией» на деле кроются аморальность, унификация и усреднение человечества. Известный советский правозащитник Владимир Буковский, проживающий с 1976 г. в Англии, пишет: «Сегодня мы свидетели сильнейшего наступления на самые основы нашей цивилизации, которая откровенно сделана мишенью и объявлена культурой «мертвых белых европейцев»: если дать ей свободно развиваться, она де вернет нас в средние века. Да что там говорить: в былые времена Шекспир по крайней мере мог совершенно свободно писать и ставить свои пьесы. Сегодня большинство его произведений были бы запрещены как «политически неправильные». «Отелло» - за расизм, «Укрощение строптивой» - за женофобство, а «Ромео и Джульетта», следуя высказыванию одной весьма прогрессивной британской учительницы, отказавшейся вести своих воспитанниц на спектакль, - как «примитивно гетеросексуальное представление». Добавим, что в основах трагедий Шекспира лежит конфликт героя с миром, а в современной подцензурной печати таковой возможен лишь у преступника».

Итак, отмечает видный эколог современности Зейв Вольфсон, «один «золотой миллиард» населения Земли и его остальная часть никогда не смогут иметь никакого «нашего общего будущего». Почему нет? По той простой причине, что народы мира никогда не имели ни общего прошлого, ни общего настоящего. Шансы для выживания не могут быть общими для стран с разными территориями, лежащих на разных широтах, стран с неоднородным социальным и этническим составом.

Получается, все богатыми стать не могут. Если «последние» бедные станут такими же как «первые» богатые, то на всех всего не хватит. Подобные поляризации в истории обществ нередко заканчивались тем, что «последние» становились «первыми». Их демографическое давление соединялось воедино с военным и вело к перекройке политической карты мира.

Один миллиард населения богатых и развитых стран Западной Европы, Северной Америки и Японии превращается в мировое меньшинство, способное все менее противостоять натиску окружающих его миллиардов. Численность населения стран «золотого миллиарда» за последние десятилетия практически не растет, даже с учетом притока мигрантов. Еще недавно оставшаяся за его пределами остальная часть населения мира включала в себя два миллиарда человек. Сегодня их уже пять, а завтра в силу простого демографического прироста к ним прибавятся еще миллиарды. И никто не откажется от мечты стать богатым. Никто не примирится с фактом своей отсталости и бесперспективности. Саморазрушение такого человечества уже изначально заархивировано в каких-то программах, разупаковка которых закончится трагическим Апокалипсисом.

Жить на «островах благополучия» приходится, как в осажденной крепости. Такие регионы, как, например, Подмосковье, где богатые селятся в отгороженных охраняемых гетто, а большинство населения ведет борьбу за существование, становятся всемирной моделью будущего. Того самого, где по улицам опасно передвигаться даже в автомобиле.

Век «без границ» порождает глобальную криминальную экономику. Преступные сообщества все глубже проникают в правительства всех государств, в банки и экономику. Предпочтения отдаются торговле роскошной недвижимостью и индустрии развлечений. Растут масштабы наркоторговли, нелегальной торговли оружием, контрабанды радиоактивных материалов, работорговли.

В теории управления есть много наработок, смысл которых сводится к тому, что устойчивость системы кроется в ее разнообразии. Поэтому однородную цивилизацию глобализации подстерегает дестабилизация. «Америка, живущая по сценариям Голливуда, по этим же сценариям и погибнет», - утверждают критики, намекая на то, что во многих американских фильмах показывают стихийные и военные «катастрофы будущего».

Глобализация экономик привела к созданию транснациональных компаний (ТНК). Около пятисот главных ТНК прямо или косвенно доминируют над 85% обобществленного ими мирового производства. Так, десять ведущих транснациональных туристских корпораций Европы и США капитализируют 80% прибыли от туризма, даже когда он развивается в Мексике, Турции, Египте или России. В результате отдельные государства начинают терять суверенитет над национальной экономикой. Многие функции, ранее выполнявшиеся правительствами, переходят к ТНК. В некотором отношении они становятся даже выше такого могущественного государства, как США. Американские политики все больше руководствуются в своих действиях интересами не столько своего государства, сколько международной финансово-промышленной элиты.

Неоколониализм

После распада колониальной системы метрополии и не собирались отказываться от эксплуатации бывших колоний. Изменились лишь методы. Главным методом неоколониализма стал вывоз природных и финансовых ресурсов. Эта схема была блестяще применена к России. Благодаря послушному правительству и огромным кредитам, данным под гигантские проценты, России была уготована участь сырьевого неоколониального придатка стран «золотого миллиарда».

Понять Запад можно. Развитая Россия ему не нужна. Ее величия боятся.

Как новую угрозу стал воспринимать Запад непонятное решение отставки самого непопулярного президента и назначение на пост главы государства Владимира Путина. Оказавшаяся, говоря словами Пушкина, «у бездны на краю», Россия приостановилась и приступила к программе восстановления государственности. Однако продуманные неоколониальные технологии продолжали действовать. Этому благоприятствовало снижение цен на нефть. Прогнозировалось дальнейшее падение на нее спроса.

И тут наступили события 11 сентября 2002 г. Вызванные ими война в Ираке, угроза войны в Иране и перебои с добычей нефти в Нигерии, стремительное развитие экономик Китая, Индии, Тайваня и других стран привели к стремительному росту цен на нефть и на все энергоресурсы. Российский госбюджет получил столько денежных поступлений, что появилась реальная возможность расплатиться с долгами, решить назревшие социальные проблемы, реализовать проекты развития, нарастить свой экономический потенциал.

Все это, безусловно, напугало наших «друзей». Начались «цветные» революции в странах ближнего зарубежья, НАТО усилило свое последовательное продвижение на Восток, в западных средствах массовой информации развернулась антироссийская истерия, которая не прекратилась даже в дни празднования 60-летия Победы. Сегодня размер нападок на Россию в западных СМИ превосходит даже тот, что был во времена «холодной войны» с СССР. Развернулись действия по непосредственному расчленению России и уничтожению российской государственности. Бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт заявила в декабре 2005 г.: «Это несправедливо, что одна страна обладает такими территориями, как Сибирь и Дальний Восток. Территориями, на которых может расположиться несколько государств».

В России нефть становится выгодным добывать и продавать по ценам не ниже чем $15 за баррель. При ее стоимости на мировом рынке от $15 до $25 за баррель нефтемонополисты выплачивают государству таможенную (экспортную) пошлину до 35% - от разницы между текущей стоимостью и $15. При стоимости выше $25 за баррель пошлина достигает 40%. Случилось так, что стоимость нефти превысила сегодня $70 за баррель, а Россия вышла на первое место в мире по экспорту углеводородов. Однако могучая черная река нефтедолларов словно по мановению волшебной палочки влилась не в российскую экономику и социальную сферу, а, миновав их, устремилась на Запад. Нефтедоллары не обернулись для страны ни прогрессом в ее социальной жизни, ни появлением новых технологий, ни наукоемкими производствами, ни развитием образования, ни улучшением здравоохранения. Растущий в объемах нефтебензиновый экспорт лишь провоцирует у нас подорожание бензина, мазута и дизтоплива. Их выгоднее становится продавать за рубеж, а не поставлять на внутренний рынок, что делает нерентабельными другие отрасли отечественной экономики. Соответственно продолжается повсеместный рост цен.

Чтобы деньги, вырученные от экспорта нефти, не работали на развитие России и ее народов, необходимо вывезти их из страны под тем или иным предлогом. И здесь как нельзя кстати пришелся созданный в 2004 г. Стабилизационный фонд РФ.

Гражданам России объяснили, что деньги в нем будут скапливаться на так называемый черный день, например, когда иссякнет наша нефть или цены на нее упадут. Хотя любой домохозяйке понятно, что деньги на черный день надо не копить, а вкладывать в ту же недвижимость, поскольку они имеют свойство обесцениваться.

С 1 февраля 2004 г. до 1 февраля 2006-го объем средств стабфонда увеличился в 15 раз - с $3,7 млрд. до $55 млрд. Эти доллары хранятся сегодня в западных банках под 1-2% годовой прибыли. Но инфляция на Западе - от 3 до 6%, и деньги стабфонда непрерывно обесцениваются. Это стабилизационный фонд для доллара, а не для рубля. Россия таким образом успешно финансирует развитие западных экономик, практически ничего не оставляя своей.

Чтобы понять, почему так произошло, необходимо установить, кому это выгодно. Выгодно ли России, что заработанные деньги не вкладываются в развитие страны и улучшение благосостояния ее населения? Ответ очевиден - нет.

Нужно ли нашим западным радетелям, чтобы Россия развивалась и снова стала супердержавой? Ответ очевиден - нет, так как в этом случае вместо сырья им придется покупать у нас продукты его глубокой переработки.

Выгодно ли западным странам, чтобы три из четырех заработанных Россией на экспорте долларов оседали в их банках и работали на их экономику? Ответ очевиден - выгодно.

В принципе, Россия являет собой блестящий образец неоколониальной схемы, когда добытые в стране природные ресурсы продаются за границу, а вырученные за них деньги выводятся из страны через стабилизационный фонд.

Тем самым реализуются две задачи. Первая - не дать развиваться стране-неоколонии. И вторая - использовать ресурсы неоколонии для развития метрополии.

Теперь встает очередной вопрос. Почему «отцы» стабфонда Греф и Кудрин так рьяно отстаивают неоколониальную схему развития России? Быть может, они не понимают что творят? Интересно, а собственными средствами они распоряжаются так же бездарно, размещая их в западных странах под удивительно невысокий процент? Если это так, вопросов к ним нет. Есть одно предложение к президенту - назначать на столь ответственные должности более квалифицированных специалистов.
Если же свои средства они вкладывают эффективнее, чем государственные, например под высокие проценты в российские банки или в высокодоходные российские и иностранные ценные бумаги, то возникает резонный вопрос: чем вызвано неэффективное для России и привлекательное для западных стран распоряжение средствами страны? И здесь может быть несколько ответов.

Собственником природных ресурсов России считается государство. Раз так, то и добытая нефть должна быть государственной собственностью. При эксплуатации любого государственного природного объекта, будь то земля, лес, вода, недра и прочее, неизбежно возникает природная рента. Это плата, которая вносится за добычу того, что на первый взгляд бесплатно лежит, но на деле является достоянием всего народа. Например, за эксплуатацию недр. Россия остается сегодня единственным в мире государством, не взимающим природную ренту. Вместо рентных платежей за недра и загрязнение окружающей среды у нас с 2001 г. действует единый налог на добычу полезных ископаемых, не дифференцированный по месторождениям. За тонну нефти, добытую из малопроизводительных скважин, платят ту же пошлину, что и за тонну нефти, извлеченную из скважин более рентабельных. Добывать стало выгодно лишь из относительно легко извлекаемых запасов. В результате не создаются стимулы для разработки новых технологий с целью эксплуатации трудно извлекаемых запасов. А там остается около половины запасов нефти.

Сегодня в России добывается около 380 млн. тонн «черного золота». Внутреннее потребление нефти остается невысоким: 110-120 млн. тонн. Все остальное идет на экспорт, который, как полагают эксперты, к 2010 г. еще удвоится. Наиболее богатые и обустроенные месторождения исчерпаны. Выработанность крупных месторождений, дающих основную долю в добыче, достигла 60-85%. По оценке министра природных ресурсов Юрия Трутнева, рентабельные запасы российской нефти иссякнут уже в 2015 г. И что тогда? Как работать нам тогда, чем заниматься?

У основных фондов нефтяного комплекса высокая степень износа, в нефтедобыче амортизировано более 50% оборудования, а в нефтепереработке этот показатель превышает 80%, что чревато угрозой техногенных катастроф. Из 350 тыс. км российских нефтепроводов около 20 тыс. км эксплуатируется 25-35 и более лет. В результате Россия - первая в мире по масштабам нефтяных загрязнений. Потери нефти на установках слива-налива, при транспортировке и хранении - от 3 до 7%. Абсолютные потери достигают 10-20 млн. тонн в год. Точных цифр по разлитой нефти в России нет. В других нефтедобывающих странах объемы разливаемого в результате аварий на нефтепроводах сырья - не более 0,01% от общего объема добычи. Главная проблема там - аварии танкеров, у нас -разгерметизация линейной части магистральных нефтепроводов. В результате на российских нефтепроводах ежегодно происходит около 60 тыс. аварий, из них 800 крупных.

А зачем нам вообще на пороге глобального энергетического и сырьевого кризиса менять свои бесценные природные запасы на обесцениваемые валюты? Подсчитано, что за 10 кг свеженапечатанных стодолларовых купюр Запад скупает у нас 100 кг невосполнимых запасов золота или эквивалентного им объема нефти, газа, леса.

Растущие цены на нефть как раз отражают реакцию на признаки дестабилизации доллара. Пока деньги стабилизационного фонда еще хороши от хороших цен на нефть, неплохо бы их куда-нибудь хорошо вложить, хотя бы в хорошие дороги. Тогда в решении одной из двух проблем Россия преуспела бы. Если беспокоит истощение нефти, можно инвестировать те же деньги в геологоразведочные работы. А если стимулировать образовательные и медицинские программы, то будущие поколения смогут жить и без нефти за счет высокотехнологичных отраслей экономики.

Стабилизационный фонд должен быть использован не как кредит экономике США, а на инвестиции в те критические отрасли, которые могут быстро вернуть в экономику изношенные производственные фонды, заброшенные пашни, рабочие руки. Но как только об этом заходит речь, тотчас же поднимается крик, что разбазаривание денег стабилизационного фонда приведет к инфляции в стране. А вот ситуация, когда на один работающий в российской экономике рубль более трех омертвело для страны и стабилизируется в иностранной валюте, признается вполне нормальной.

Какая может быть инфляция, если часть денег стабилизационного фонда будет направлена, например, на закупки на внутреннем российском рынке? Это мощный экономический рост! Какая будет инфляция, если деньги стабилизационного фонда начнут стабилизировать растущие цены на ЖКХ, электроэнергию, газ и прочие услуги естественных монополий? Это будет долларовая инфляция, а не рублевая, поскольку деньги со счетов западных банков переместятся на наши.

Только нужно установить оптимальные критерии для вложения части средств стабилизационного фонда в наиболее эффективные программы. Ведь каждый начнет доказывать, что его проект и есть наилучший. Победит в конце концов тот, кто сможет подкупить лиц, принимающих решения. Благо их бюджетные доходы, как правило, невелики.

Деньги стабилизационного фонда, на наш взгляд, должны быть отданы самым эффективным управленцам. Таковыми в России, как и в мире, всегда были банки. Если половину средств стабилизационного фонда распределить между наиболее эффективно работающими центральными и региональными банками, последние смогут наиболее действенно служить подъему российской экономики. Ведь банки по самому своему предназначению призваны делать из денег деньги с целью приращения, а не оставлять их «в чулках на черный день».

Банкирам нужна прибыль. Вероятность прибыли предполагаемых к финансированию инвестиционных проектов просчитывается самой серьезной экспертизой. Государственные экономические проекты оказываются зачастую неэффективными, поскольку лишены должной коммерческой проработки. Подсчитано, что если бы деньги, отданные в 1998 г. под ГКО и ОФЗ в виде процентов, использовались для инвестиций в товарное производство, то каждый вложенный рубль обернулся бы примерно пятью рублями доходов в казну. Примерно таких же доходов можно ожидать сегодня от средств стабилизационного фонда. Очень скоро за счет них можно было бы реинвестировать сам стабилизационный фонд.

Банковские инвестиции строго должны быть направлены государством исключительно на создание реального продукта. Задачу отечественных банков мы видим в стимулировании экономических программ. Ассоциация российских банков уже разработала проект создания точек экономического роста по всей территории страны через развитие финансово-кредитного рынка. Важно, что разработан он при самом широком участии региональных банков. Как отмечает руководитель программы Г.А. Тосунян, банковская система - это не просто одна из отраслей экономики и даже не важнейшая часть инфраструктуры. Это основа основ экономики, без которой сегодня невозможно развитие ни одной из отраслей, ни одной из социальных программ государства.

Странно видеть, как чиновники разных рангов убеждают иностранных инвесторов вкладывать деньги в российскую экономику. А что же Россия со своим огромным стабилизационным фондом их не вкладывает? Зато западные инвесторы вкладывают. Берут деньги стабилизационного фонда, отданные Западу под смешные проценты, и строят у нас на них объекты. Вся прибыль уходит на Запад. Иностранные инвесторы, безусловно, нужны, если не хватает собственных средств или необходима кооперация государств, если отечественные инвесторы не хотят вкладывать средства в проекты. Но не в случаях, подобных иностранному инвестированию из отечественного стабилизационного фонда.

А впереди вступление России в ВТО с соответствующим повышением цен на энергоносители (электричество, бензин, газ) до мирового уровня, банкротством «неконкурентоспособных» предприятий и ростом безработицы. Хорошее определение ВТО дает автор «Конца истории» Френсис Фукияма: «ВТО -это единственный институт, который может стать мировым правительством, потому что ВТО должна устанавливать не только всемирные правила торговли и инвестирования, но и правила труда и охраны природы». Директор департамента образования ЮНЕСКО Борис Ключников добавляет: «Правительства, безоглядно вступающие в ВТО, де-факто сдают национальный суверенитет. У ВТО тысячи правил и законов и свой суд. Правила устанавливают сильные для слабых».

И, наконец, последняя, быть может, самая секретная государственная тайна управленческого решения по «вытягиванию» страны из кризиса «вопреки всем мрачным прогнозам и предзнаменованиям». Очень простая и очень опасная для мировых финансовых структур. Заключена она в приведении рубля к серебряному и золотому стандарту. При этом необязательно выплавлять рубль из ценных металлов, но обязательно обеспечить его природно-ресурсной рентой. Если при этом продавать наши природные ресурсы исключительно за рубли, то обеспеченный золотом и природными ресурсами рубль тут же станет востребованной в мире свободно конвертируемой валютой. То, чего ждет весь мир за пределами мира «золотого миллиарда». Правда, для «эмиссионных» валют это станет серьезным испытанием. Зато для нас будет означать обогащение с такой скоростью и точностью, только наоборот, с какой когда-то произошло «обеднение» советских рублевых накоплений.

В некотором отношении глобализация происходила всегда. Разве не в ее процессе человек расселился по всему земному шару? Видный современный социолог Г. Терборн обнаруживает в истории человечества, по крайней мере, шесть волн глобализации, самой ранней из которых называет экспансию мировых религий в III-VII вв. Самой крупной попыткой глобализации стала европеизация земного шара, начавшаяся на рубеже XV и XVI вв. и завершившаяся созданием европейских колониальных систем. Европейская культура многими стала восприниматься как культура человечества, хотя и была продуктом истории всего лишь определенной этнической группы.

Жреческо-церковная власть в истории государств уступила место монархической и аристократической, та - правительственной, а теперь в мире воцаряются банки. Всю историю XX столетия, включая обе мировые войны, можно рассматривать как историю борьбы нескольких банковских группировок за власть над всей собственностью и всеми ресурсами мира. Через завоевание Советской России они стремились объединить мир в будущее царство коммунистического антихриста. Однако человеческий «материал» России оказался неподходящим. Теперь надо решить, насколько американский народ подходит для установления всеобщего мира и безопасности.

Ю. Н. Голубчиков, В. Ф. Нестеренко.
"Будущее России - четыре сценария".

Источник: http://forum.e-commers.ru/index.php?s=ace02b076cda392c795e62e81016a2b2&showtopic=6659&st=20#
Back to top
View user's profile Send private message Visit poster's website
Vladimir S
Профессионал


Joined: 02 Dec 2005
Posts: 467
Location: Russia

PostPosted: Sun Jan 20, 2008 1:50 am    Post subject: Reply with quote

Россия во сне

Бурно развивающаяся экономически страна переживает период интеллектуальной деградации
The time is out of joint
Hamlet, act 1

Россия -- страна великой культуры, великой литературы, великой музыки. Не будь российской литературы, музыки, русской живописи, российской науки (математики, физики, химии, космонавтики и других ее областей), человечество было бы неизмеримо беднее. Кроме того, Россия вот уже более пятисот лет является империей, объединившей под эгидой русского языка множество культур и народов.

Для того чтобы подтвердить, что Россия великая интеллектуальная держава, вовсе не обязательно кричать: "Мы великие". То, что русская культура -- одна из величайших в истории цивилизации, знает все человечество, независимо от того, что происходит в России и что про нее говорят те или иные люди в тот или иной момент, включая саму Россию. Поэтому о происходящем в стране -- как о хорошем, так и не очень хорошем -- следует говорить абсолютно спокойно и объективно, не опасаясь, что это нанесет урон престижу или развитию России.

Между тем из какого-то непонятного страха (порой маркируемого патриотизмом) происходящее в России на самом деле часто замалчивается. Не публикуются правдивые карты многих эпох, поощряется иррациональное сознание (в противоположность рационализму всех без исключения великих цивилизаций, за исключением нашей). Искажается история, притом до такой чудовищной степени, что многие получившие высшее образование люди убеждены: объективной истории вообще нет. Во многом этот синдром не преодолен и сегодня.

Спору нет, сегодня Россия находится на подъеме. Люди становятся динамичными. "Летаргическая жизнь" советской эпохи канула в небытие. Энергия Москвы, сама по себе оставляющая далеко позади Париж, Лондон и даже Нью-Йорк, необыкновенна и мощна, обещая мало-помалу ввести и всю остальную Россию, всю ее немереную территорию в перпетуум-мобиле жизни, в энерговорот. Однако прогресс наблюдается не во всем. В некоторых областях, притом в ключевых, решающих для цивилизации, ситуация не совсем такова, какой ее хотелось бы видеть.

Как вы думаете, какое место в рейтинге лучших университетов мира заняли лучшие российские вузы в этом году? И как быстро растет их рейтинг из года в год? Насколько улучшилась ситуация после учреждения и начала реализации национального проекта «Образование»? Насколько ускорилось это улучшение по сравнению с годами так называемой "ельцинской неразберихи"? Вопрос судьбоносный, ибо положение с образованием, в частности с выпускниками университетов, определяет положение стран в цивилизованном мире. Именно выпускники вузов (если не говорить об отдельных гениях, а о системе) определяют престиж страны, ее экономическое развитие и уровень жизни граждан.

Навскидку я опросил человек двадцать знакомых, принадлежащих к самым разным слоям общества --от бизнесменов и политических деятелей до профессоров и артистов. Наиболее оптимистичные говорили: Московский университет должен быть в первой двадцатке. Пессимистичные -- в первой сотне.

На самом деле российские университеты вообще не вошли в рейтинг! Даже самые лучшие из наилучших, престижнейшие из наипрестижнейших Московский и Петербургский университеты, не говоря уже о прочих вузах России, оказались хуже, чем самые худшие из двухсот лучших университетов мира. Двести университетов -- согласитесь, список более чем достаточный, чтобы определить место под интеллектуальным солнцем того или иного университета, той или иной страны. Чтобы определить перспективу той или иной державы, того или иного региона и континента.

Так вот, в рейтинге 2007 года российских вузов вообще нет. Ни в рейтинге университетов топ-100, ни даже в рейтинге университетов топ-200. Российская Федерация выпала из рейтингов ведущих университетов мира. Причем в последние годы ухудшение позиций ускорилось даже по сравнению с 90-ми годами ХХ века, о которых сегодня в России принято отзываться крайне непочтительно.

Оценка лучших университетов мира проводится газетой Times (The Times Higher Education Supplement, THES) ежегодно. Рейтинг THES-QS World University Rankings является совместным проектом THES и Quacquarelli Symonds, компании, специализирующейся на исследовании образования в мире. В рейтингах-2007 лучших вузов в мире на первом месте Гарвард. Второе, третье и четвертое места поделили Кембридж, Оксфорд и Yale University. На пятом месте Лондонский королевский колледж (Imperial College London). В числе пятидесяти лучших два китайских университета, а также занимающий 38-е место Китайский университет в Гонконге.

За год, прошедший со времени публикации предыдущего рейтинга, существенно улучшили свои позиции канадские и австралийские вузы. Среди двухсот лучших университетов мира есть новозеландский, тайваньский и сингапурский и даже бразильский университеты. А российских нет.

В последние годы, а особенно именно за последний год, внимание правительства к образованию в России резко повысилось. Увеличились зарплаты профессоров и доцентов. Закупается оборудование. А результат? Результат плачевен. Из года в год рейтинг российских вузов продолжает снижаться. Но никогда еще не было такого катастрофического снижения рейтинга российского образования, как в этом году. Судите сами. В рейтинге THES-QS World University Rankings-2006 МГУ занимал 93-е место, а Санкт-Петербургский государственный университет -- 164-е. В 2007 году ни тот, ни другой вообще не вошли в рейтинги топ-100 и топ-200, лишь в топ-400. При этом позиции Московского (231-е место) и Санкт Петербургского (239-е место) университетов вопреки различию в финансировании во много раз и официальному рейтингу внутри страны не так уж отличаются. Лучший из российских университетов -- Московский -- ухудшил свои позиции за год сразу более чем на сто пунктов (более чем в два раза!).

Новосибирский и Томский университеты попали в список университетов, занимающие места с 400 по 500-е, без рейтинга, в алфавитном порядке. Что, отдадим должное коллективам этих университетов и этим городам, в столичных не числящимся, является достижением, вызывающим уважение. Однако положение российских вузов в целом по сравнению с их рейтингом в советское время ухудшилось катастрофически. В абсолютных цифрах степень указанного падения ошеломляет.

Чем объяснить такой спад, несмотря на реальное внимание к образованию Думы, министров и президента, на усилия ректоров Московского и Санкт-Петербургского университетов? Причин, как минимум, две.

Первая и главная -- пропасть между шестидесятилетними профессорами и двадцатипятилетними аспирантами превратилась в обрыв. Катастрофа, о приближении которой с конца восьмидесятых годов прошлого века говорили все, кому дорого российское образование и место России в цивилизованном мире, совершилась: поколение великой советской науки достигло пенсионного возраста.

Обстановка при проведении международных конференций по ключевым проблемам достойна пера Гоголя и Дюма: тридцать лет спустя и полумертвые души. Среди членов оргкомитета и ключевых докладчиков тот в больнице, у этого предынфарктное состояние, этих привезли прямо из клиники, пятого разбил радикулит, а все участники из академического института N внезапно покинули конференцию, уехав на похороны (хорошо еще, если не на свои собственные). Те, кому пятьдесят пять, в списке invited speakers считаются мальчиками. Дальше идут прелестные молодые ребята, но они ведь при всех своих дарованиях в науке всего лишь дети, студенты и аспиранты, им надо еще учиться, учиться и учиться, чтобы выйти на мировой уровень. Пенсионеры и юношество. И ничего между.

Второй причиной беспрецедентного падения рейтинга российских университетов является то, что резко усилилось внимание к образованию, наукам и технологиям во всем мире сразу. В высшем и среднем образовании за последние годы произошли революционные изменения, сравнимые по значимости с изобретением компьютеров и созданием Интернета. Соответственно усилилась и конкуренция. Даже если бы российское образование продолжало оставаться на прежнем высоком по меркам 70-х годов прошлого века уровне, ухудшение рейтинга было бы неизбежно. Это все равно что пытаться продавать в третьем тысячелетии бывшие самыми передовыми в мире в тех же 70-х годах ХХ века японские транзисторные приемники. Выражаясь словами Алисы из Страны чудес, сегодня "чтобы остаться на месте, надо бежать как минимум в два раза быстрее", чем конкуренты.

Еще одна гипотеза падения рейтинга российских вузов была высказана в разговоре со мной редактором одной из популярных российских газет. По его убеждению, все рейтинги в мире, а британские в особенности, настолько политизированы, что им вообще нельзя доверять. На самом же деле вопреки рейтингам сегодня положение с высшим образованием в Российской Федерации очень хорошее и год от года будет только улучшаться.

Позволю себе выразить сомнение относительно такого взгляда на ситуацию. Разумеется, политика играет роль всюду. Но представить себе, что британская "Таймс", да еще вкупе с не зависящей от нее, равно как и от правительства Ее Величества, организацией Quacquarelli Symonds, оценки которой до настоящего времени никто не оспаривал, до такой степени стали марионетками лейбористского кабинета министров, что выстраивают университетские рейтинги по указке Даунинг-стрит, 10, -- все равно как принять снотворное и потом выдавать сон за явь.

Появление в России национального проекта "Образование" безусловно похвально. Но в нынешних условиях без принятия стратегической скоординированной и дальновидной системы шагов никакие деньги положение не исправят. Это все равно, что, дав 100 млрд долл., потребовать добиться рождения ребенка через полтора месяца после зачатия. Деньги -- великая вещь, но не все можно создать, дав деньги, даже очень большие.

Система российской науки, российского (и советского) образования создавалась десятилетиями. Всего двадцать лет назад Советский Союз, возглавляемый Российской Федерацией, был сверхдержавой образования, науки и интеллекта. И все же совершенно не очевидно, что, только имея за спиной великих предшественников, а также традиции сверхдержавы, Россия вновь выйдет на передовые позиции. Обратных примеров в истории сколько угодно. Да и является ли современная молодежь наследницей великой русской культуры, тоже, сказать по правде, не так уж и очевидно.

Передо мной список самых популярных писателей 2007 года, или, как их называли в ХIХ веке, властителей дум. При самом доброжелательном отношении к авторам детективов и корифеев заполнения досуга домохозяек, сравнить их с Чеховым, Буниным, Толстым, Пушкиным, Лермонтовым, Гоголем, Блоком, Булгаковым, Пастернаком, Ахматовой, думается, язык не повернется даже у них самих. То же и с наиболее популярными в стране музыкантами и певцами: Чайковский, Глинка, Рахманинов, Шостакович, Прокофьев, Шаляпин, даже, думаю, Дунаевский с Богословским, в гробу бы перевернулись, послушав, кто им наследует в России в категории "популярные музыканты и исполнители".

Ощущение единства русской культуры сегодня так же разорвано, как познание и преподавание, -- вот в чем еще одно, быть может еще более фундаментальное, бедствие. К тому же наследниками русской культуры сегодня является весь мир, а не только Россия, так же как наследники Моцарта и Леонардо не одни только Австрия и Италия.

Не лучше обстоит дело и с созиданием в интеллектуальной сфере. Прекрасно, что на развитие нанотехнологий в России правительство выделило миллиарды долларов. Но кого финансировать? That is, как сказал бы уже цитированный выше Гамлет, the question. По европейским экспертным данным, в прошлом году в России было зарегистрировано только три патента, связанных с нанотехнологиями, в то время как в США 2400, а в Японии 876. Заявители из Израиля получили более 150 таких изобретений (т.е. в 50 раз больше, чем Российская Федерация).

Думаете, клевещут недруги? Оказывается, наоборот: слишком великодушны в оценках. Согласно компетентным источникам, в России положение еще хуже. Так, руководитель Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам («Роспатент») Борис Симонов, ответственный человек, знающий ситуацию не понаслышке, с горечью констатировал: «На сегодняшний день у нас нет ни одного нанопатента, хотя в мире их зарегистрировано уже около 10 тыс., и две тысячи имеют правовую охрану на территории РФ».

...Когда на банкете после завершения совещания, посвященного развитию экономических зон, мы разговорились с одним из руководителей этого стратегически важного направления и я процитировал сведения, приведенные в этом абзаце, мой высокопоставленный собеседник оптимистически возразил: "Патентных наработок у нас сколько угодно. Но вы не учитываете главного: что патентование вредно, поскольку оно является разглашением того, что в патенте содержится. Все будет украдено, не успеешь и оглянуться. Вот мы и не патентуем".

Я опешил.

Каким же образом Россия будет защищать свою интеллектуальную собственность, если производство начнется? И что, например, будет, если изобретатель, имеющий know-how, перейдет в конкурирующую фирму, откроет собственную или вообще уедет за рубеж?

Как с такими принципами и реалиями (о которых, конечно, говорится не с трибуны, но о которых многие знают не понаслышке) мы собираемся возрождать Россию в качестве интеллектуальной сверхдержавы?

Какая из приведенных выше ситуаций с патентованием хуже: реальное отсутствие патентов в решающих областях или непатентование "по понятиям"? Ответ очевиден: обе являются сигналами катастрофы. Ибо если отсутствие реальных достижений делает Россию абсолютно неконкурентоспособной, то бытие "по понятиям" в сфере интеллектуальной собственности совершенно исключает возможность взаимодействия с остальным научно-технологическим миром.

...Пришла пора ставить точку и произнести взвешенные резюмирующие слова. Всякая цивилизация базируется на пяти китах: познании (науке), созидании (в искусстве, технологиях, производстве), обучении (передаче информации от одних людей другим людям), морали (системе ценностей) и традиции (связи настоящего с прошлым). По каждой из этих категорий положение России сегодня плачевно. Ну и что же нам делать, оказавшись в такой, прямо скажем, обескураживающей ситуации?

К счастью, Россия -- страна колоссальных размеров. Один ответ на вопрос -- почти на любой! -- в ней недостаточен. Одновременно с катастрофой в области познания, созидания, обучения, традиции и морали страна наполнилась необыкновенной энергией. Перед вихрем жизни, в котором 24 часа в сутки существует Москва, даже Нью-Йорк и Лондон кажутся тихими заводями. Количество денег, эквивалент энергии в человеческом обществе, благодаря высоким ценам на ту же энергию, только получаемую при сжигании топлива, позволяет замышлять и реализовывать самые дерзновенные начинания. Кроме того, отсутствие инерционности у России, позволяющее ей почти мгновенно переключаться с одного курса развития на другой, в иных ситуациях свойство, прямо скажем, обескураживающее, дает надежду, что при четком понимании необходимости нового курса народом и руководителями государства он может быть взят очень быстро, а потом столь же быстро и оптимально реализовываться.

Через полтора месяца народ Российской Федерации изберет нового президента. Будем надеяться, что четкое осознание вставших перед страной серьезных проблем, часть которых указана в настоящей статье, поможет новому лидеру принять стратегически правильные решения, что у него будет достаточно воли и общественной поддержки, чтобы не уклоняться от нового взятого курса в отношении образования, познания и созидания, резко отличающегося от того, по которому Россия шла на протяжении двух последних десятилетий.

Юрий МАГАРШАК, исполнительный вице-президент Международного комитета интеллектуального сотрудничества, Москва--Нью-Йорк
N°4, 18 января 2008 ИД "Время"
Источник: http://www.vremya.ru/print/195646.html
Back to top
View user's profile Send private message Visit poster's website
shamil
Профессионал


Joined: 21 Nov 2005
Posts: 439

PostPosted: Tue Jan 22, 2008 2:17 am    Post subject: Reply with quote

Пожалуй, на переходный период, нам стоит перенять опыт Китая - посылать своих студентов обучаться в иностранные ВУЗы, а потом возвращать обратно. Сделать это, на фоне всё растущих зарплат, которые догоняют зарплаты других "развитых" стран, относительно просто. Если раньше аспиранты становились невозвращенцами (3-е из 5-ти в нашей группе) по экономическим соображениям, то сейчас это уже не так очевидно.

А то, что канадские ВУЗы к примеру имеют очень интересные программы, по крайне мере в моей области, я могу подтвердить. С удовольствем поучился бы второй раз, если бы кто-то финансировал в это время.

Ещё одно наблюдение - русским ребятам в Канаде интереснее учиться (в школе) именно с китайскими, потому что последние, благодаря своему старанию, постоянно поднимают планку сложности. Местные канадцы в этом смысле относятся к учёбе крайне легкомысленно, для них всё это for fun.
Back to top
View user's profile Send private message
Gentleman
Основатель


Joined: 22 Nov 2005
Posts: 626
Location: Красноярск

PostPosted: Tue Jan 22, 2008 5:19 pm    Post subject: Reply with quote

Тот же пример Канады о принятии на ПМЖ граждан других стран с высоким уровнем образования показателен. Только кто к нам поедет - в такие морозы Smile, китайцы? индусы?, корейцы?
Back to top
View user's profile Send private message
Gentleman
Основатель


Joined: 22 Nov 2005
Posts: 626
Location: Красноярск

PostPosted: Fri Jan 25, 2008 8:51 pm    Post subject: Вспомним В.С.В. Reply with quote

Как засмотрится мне нынче, как задышится?
Воздух крут перед грозой, крут да вязок.
Что споется мне сегодня, что услышится?
Птицы вещие поют - да все из сказок.

Птица Сирин мне радостно скалится -
Веселит, зазывает из гнезд,
А напротив - тоскует-печалится,
Травит душу чудной Алконост.

Словно семь заветных струн
Зазвенели в свой черед -
Это птица Гамаюн
Надежду подает!

В синем небе, колокольнями проколотом,-
Медный колокол, медный колокол -
То ль возрадовался, то ли осерчал...
Купола в России кроют чистым золотом -
Чтобы чаще Господь замечал.

Я стою, как перед вечною загадкою,
Пред великою да сказочной страною -
Перед солоно - да горько-кисло-сладкою,
Голубою, родниковою, ржаною.

Грязью чавкая жирной да ржавою,
Вязнут лошади по стремена,
Но влекут меня сонной державою,
Что раскисла, опухла от сна.

Словно семь богатых лун
На пути моем встает -
То птица Гамаюн
Надежду подает!

Душу, сбитую утратами да тратами,
Душу, стертую перекатами,-
Если до крови лоскут истончал,-
Залатаю золотыми я заплатами -
Чтобы чаще Господь замечал!

ВСПОМНИМ СЕМЕНЫЧА. ЗАВТРА ЕГО ДЕНЬ!
Back to top
View user's profile Send private message
Display posts from previous:   
Post new topic   Reply to topic    Добро пожаловать на форум сайта Forum Index -> Есть ли шансы у России? All times are GMT + 7 Hours
Goto page Previous  1, 2
Page 2 of 2

 
Jump to:  
You cannot post new topics in this forum
You cannot reply to topics in this forum
You cannot edit your posts in this forum
You cannot delete your posts in this forum
You cannot vote in polls in this forum



Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group